Ислам в Кузбассе

Новости

 ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ

Первый муфтий Татарстана не искал изгоев, а строил мечети

Первый муфтий Татарстана не искал изгоев, а строил мечети
На конференции в Москве
9 Июля
10:20 2018

История основания Духовного управления мусульман Республики Татарстан и его первого муфтия Абдуллы Галиуллина, которому пришлось работать в самые тяжелые 90-е годы. Все секреты закулисья от первого лица.

"Подвиг веры" - авторский цикл документалиста Рената Хабибуллина.

О развитии и процветании ислама в Советском Союзе невозможно было и помыслить. О том, что СССР может просто не стать, а граждане могут получить полную религиозную свободу никому не приходило даже в голову. Однако этот момент случился. Требовалось время, чтобы осмыслить и принять новую действительность. Однако в условиях неожиданно приобретенной свободы, мусульмане республики Татарстан сразу взялись за дело. Этот период принято считать в истории Татарстана религиозным ренессансом.

Абдулла-хазрат Галиуллин, первый муфтий Татарстана: «Да, 1992 год. Во-первых, мы были молоды. У нас была энергия. У нас было желание».

Руслан Айсин, историк, политолог, главный редактор сайта «Татполит»: «Это было романтической эпохой становления или ре-восстановления исламской жизни в Татарстане».

Мансур Джалялетдин, имам-хатыб мечети Марджани, г. Казань: «Мы почувствовали и здесь перемены, не только в правительстве и в государстве и в мире в целом. Изменения возникли даже у нас в духовенстве. Тем более мы получили суверенитет. Когда Ельцин сказал, берите и ешьте, сколько хотите, получайте суверенитеты. Мы хотели в суверенном государстве Татарстан иметь собственное духовенство».

Абдулла-хазрат Галиуллин, первый муфтий Татарстана: «На этом этапе почувствовалось, что открывается возможность развития религии. Мы хотели, чтобы изменилась жизнь мусульман».

Это история о том, где и как создавались основы татарской религиозной жизни новой России и о человеке, который в те, непростые времена, повел за собой исламскую умму республики.

Абдулла-хазрат Галиуллин, первый муфтий Татарстана, ныне имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «Первым моим устазом был Талгат Таджуддин. Он обучил меня чтению Корана, обучил грамматике арабского языка «сарф наху» и, скажем так, дал путевку мне в жизнь ислама. Даже когда вернулся в 1987 году в Казань работать, то перспективы никакой не было вообще. Во-первых, имамы имели стажа. Быть религиозным служителем это означает не иметь стажа. То есть, пенсии нет. Строительств мечетей никаких не велось. Открытых мечетей новых не было. Был какой-то застой. У нас больше было желания работать на пути служения Аллаху. Положиться на Аллаха и жить».



Жить при советской власти, одной из граней политики которой, было сдерживание религиозного роста и подавления любой активности, оставалось совсем недолго. Скоро к власти в России пришел новый президент, а Советский Союз, на развалинах которого образовались новые государства, навсегда остался в прошлом.

Борис Ельцин, первый президент России: «Вы возьмите ту долю власти, которую сами можете проглотить».

И, конечно же, новые условия требовали энергичных действий и новых решений. Для мусульман было очень важно в этот период сделать максимум из того, что было возможно.

Абдулла-хазрат Галиуллин, имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «У нас было одно центральное духовное управление мусульман европейской части СССР и Сибири (ДУМЕС). Это было огромное Духовное управление по территории от Калининграда до Владивостока. Возникли трудности. Если мы вступали в связь с местными органами и у нас возникали какие-то проблемы, то они говорили, чтобы мы обращались к муфтию, а муфтий находился в 600 километрах от Казани. С ним встречались, раз в пять лет, когда съезд. А со своими мусульманами, которые жили в Татарстане, мы никогда не собирались. То есть мы были разобщены. Возник вопрос, а что делать дальше? Как решать свои проблемы? Это был 1992 год. Тогда было такое мнение, что нужно организовать духовные управления в областях, в республиках, в краях и попробовать более результативно, более быстро решать свои насущные вопросы».

Мансур Джалялетдин, имам-хатыб мечети Марджани, г. Казань : «Назревало то, я боюсь этого слова, не хочу произносить, русская революция. Она в каком-то духе и произошла. А назревало то, что имамы, большие и авторитетные имамы многих регионов хотели выйти из состава Духовного управления Талгат Таджуддина. В том числе Равиль Гайнутдин в Москве, так же Нур-Мухаммад хазрат в Башкирии, в Татарстане Абдулла-хазрет, Нафивулла Аширов в Азиатской части, Мукаддас Бибарсов в Саратове, Умар Идрисов в Нижнем Новгороде».

Абдулла-хазрат Галиуллин, имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «Талгат Таджуддин в то время опирался наверно на состав, с которым он работал много лет, который ему не приносил никаких проблем. Тихо идет, если не идет, то стоит, а если не стоит, значит идет в упадок. Наверно Талгату Таджуддину надо было просто в то время признать организации духовных управлений. Впоследствии он и так это сделал ,лет через 5, через 7, он создал в каждой области духовное управление. Вначале 1992 года он был против этого. Поэтому с его стороны понимания к нашим действиям не было. 23 августа мы собрались в Набережных Челнах и провели инвестиционный съезд Духовного управления мусульман республики Татарстан».

Мансур Джалялетдин, имам-хатыб мечети Марджани, г. Казань: «Созвали всех имамов, там были и общественные движения, я знаю, что был и «Иттифакъ» и другие организации, которые тоже говорили про то, что нужно свое духовное управление. То есть дошло до того, что тяжело было сказать, что нам это не надо. Все говорили об этом. У своей республики должно быть свое духовное управление. Надо сказать, что не так все гладко и прошло. Все привыкли видеть Талгат Таджуддина как лидера мусульман, человека устаза, учителя, да и я его считаю своим учителем и Абдулла-хазрат, и Усман-хазрат, все мы у него учились и многому научились. Тяжело было, народ нас не принимал. Первое что начали говорить, что мы раскольники, что мы раскололи единое духовное управление, как так можно и все в этом духе. Время это диктовало, время шло к этому, и мы старались подстроиться к этому времени, мы старались идти в ногу со временем. То есть все развивалось. Разделились государства, СНГ и так далее. И в каждом государстве образовывалось свое, как бы маленькое государство. Конечно же, при таком раскладе и духовенства должны были быть в каждой субъекте. И муфтии и президиум духовного управления, и пленум должен был создаваться. Много чего было, но пришло к тому, что нас вдруг начали признавать. Да, поняли, наконец, что действительно везде нужно свое духовенство и управление, свой Кремль, свой президент. Что и у нас все это должно быть».

Руслан Айсин, историк, политолог, главный редактор сайта «Татполит»: «Абдулла Галиуллин тогда утвердился в статусе духовного лидера мусульман Татарстана. Он сидел в той же мечети где и сидит сейчас, в мечети Нурулла. Основная мечеть и резиденция духовного управления находились там, хотя сотрудников там практически не было. Основывалось все на инициативе и на деньгах, которые он где-то находил, выскребал, значит, все это держалось на каких-то личных взаимоотношениях, связях и контактах, то есть это фактически была работа общественной организации. Это не духовное управление, которое мы представляем сейчас, да, мощная такая структура с деньгами, со зданием, со штатом с обязательным включением пантеон номенклатуры и т.д. Всего это тогда не было».

Абдулла-хазрат Галиуллин, имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «Работы было много. В то время была возможность, было желание и поддержка республиканской власти на строительство и открытие новых мечетей. В 1989, 1990х годах в республике было где-то 26 мечетей, то почти 6 лет моего пребывания на посту муфтия, мы достигли уровня 750 мечетей. АльхамдулиЛлях у нас были соратники. Это Камиль-хазрат Чентаев, Мансур-хазрат Джалалятдин, Усман-хазрат Исхакъов, Исхакъ-хазрат, покойный, дай Аллах ему место в Раю. Это были истинные соратники, с которыми мне довелось работать в команде. Валиулла Якупов больше всех занимался издательской работой. Он издал очень много книг, которые нам были необходимы. В нашей работе так же участвовал и Фарид Салман. Я всем им благодарен, я благодарен Аллаху, что мне посчастливилось с ними работать».

Именно тогда в 90-е свершились прорывные события в жизни уммы Татарстана. Мусульманам были переданы исторические здания многих мечетей. С боем была возвращена медресе «Мухаммадия». Это стало живым свидетельством исторической преемственности религиозных традиций ислама до революции. С исламским возрождением в новой России. Но вероятно самой большой заслугой того духовного управления было то, что в такое непростое время, удалось мобилизовать силы всех верующих республики.

Абдулла-хазрат Галиуллин, имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «Большинство верха это были пожилые люди, то есть преклонного возраста. У них молодость прошла в какой-то степени безверия. Люди понимали, что нужно искупать перед Аллахом свои грехи. Вот они один из путей искупления видели в строительстве мечетей, в посещении этих мечетей, в участии в религиозных мероприятиях. Поэтому резкий скачок в количественном и в качественном отношении был в мусульманском обществе республики Татарстан».

Руслан Айсин, историк, политолог, главный редактор сайта «Татполит»: «Ценность той эпохи, того первого Духовного управления в том, что оно родило ту систему, которую мы имеем сейчас. Возможно, оно видело ее по-другому. Те люди, которые стояли у истоков, возможно, представляли себе, что это будет иначе. Как известно, мы предполагаем, а Бог располагает. В этой связи мне хочется сказать, что Татарстан прошел достаточно ровный путь в этом смысле. Да, были какие-то эксцессы, но в целом путь духовного становления был очень ровным и адекватным, я бы так сказал».

Абдулла-хазрат Галиуллин уже 20 лет как не муфтий Татарстана. Он как и раньше служит в мечети Нурулла, которая по-прежнему собирает под своим куполом верующих вне зависимости от национальности, мазхаба, гражданства и вероубеждения. Принцип жизни тут остался тот же – положиться на Аллаха и жить.

Абдулла-хазрат Галиуллин, имам-хатыб мечети Нурулла, г. Казань: «У нас был более спокойный период. Никогда у нас не было «изгоев». Такого, чтобы обсуждали, то, что кто и как руки поднимает, как руки держит, какая борода, какие штаны, что у него на голове. У нас таких вопросов не было. У нас были вопросы строительства мечетей, обучения азам чтения Курана, способствовать тому, чтобы как можно больше людей приходили в ислам, их поддерживать. У нас не было времени с кем-то ссориться, обвинять кого-то в неправильности поведения или неправильности в обрядах. Это были хорошие времена.

Режиссер Ренат Хабибуллин

alif.tv

Поделится

ЕЩЕ НОВОСТИ

КОММЕНТАРИИ